Главная | Фантастическая литература. Статьи. | Тайны Лонга

Но монета - это вклад «материальный».

А Катя, конечно, имела в виду творческие результаты. Мотя работал над поставленной задачей основательно и в первую очередь попытался рассмотреть ономастический изоморфизм. То есть, он хотел понять, как соответствуют друг другу имена, наименования и описания мест в греческой мифологии и названия объектов системы Плутона.

Он уже прочел массу статей и книг по истории и культуре Древней Греции. Но корпус источников по этой теме столь обширен, что неудивительно - он еще многого не знал.

Но одно он знал точно - главным объектом его исследования будет «Дафнис и Хлоя» Лонга. То, что его встреча с Катей и фантастическая трансформация Камо не были «случайно» связаны с этим текстом, не вызывало у него и тени сомнения. Да и спасительная для его психики работа над переводом в американском кампусе лишний раз подтверждала таинственность определяющей роли «Дафниса и Хлои» в его судьбе.

А «формально» Мотя объяснял свой выбор тем, что это был единственный объемный и полностью сохранившийся текст античного буколического романа. Время его создания

II в. н.э. - соответствовало завершению формирования корпуса древнегреческих мифов и, следовательно, обеспечивало полноту фольклорных источников - песен пастухов. А характерное для буколического романа «отвлеченное действие на фоне абстрактного пейзажа», ярче всего проявляло именно структурные формы отображаемого мира, что и требовалось для изоморфических сопоставлений с реальностью.

Прежде всего следовало произвести отождествление «географических объектов» и героев романа с мифическими персонажами и реальными астрономическими объектами.

Так он отождествил остров Лесбос с мифологической ойкуменой и реальной Солнечной системой. И уже в первых строках романа проявился главный объект исследований миссии Стерна. Это была «роща, нимфам посвященная». Роща находилась на границе Лесбоса и бескрайнего моря, состояла из множества отдельных деревьев разного размера и, в то же время, была целостным образованием. И Мотя в физической реальности сопоставил ей пояс Койпера - недавно открытый пояс астероидов за орбитой Нептуна на границе Солнечной системы.

И в соответствии с такой трактовкой он скоро нашел и упоминание о зонде Стерна - станции «Новые Горизонты». В романе говорилось о том, что «множество людей, даже чужестранцев, приходили сюда», т.е. в рощу (или в пояс Койпера, в понимании Моти). Эти «приходящие люди», конечно же, были те новые объекты, которые регулярно открывали в поясе Койпера астрономы, а станция «Новые Горизонты» сегодня овеществляла собой образ приходящего издалека «чужестранца».

Конечно, всякое отождествление имеет свои границы - и временные, и сущностные. Разные объекты могут быть очень схожими «здесь и сейчас» в одном и совершенно различными «там и тогда» - в другом. Так, заяц, спасаясь от собаки, может проявлять чудеса лисьей хитрости, но не имеет с ней ничего общего, наслаждаясь капустным листом.

И, зная об этом, Мотя ничуть не удивился, когда в образе старика Филета разглядел Солнце. «Одной только песней своею управлял я стадом большим быков», - говорит Филет, и Мотя понимает, что речь здесь идет об управлении движением огромного «стада» объектов Солнечной системы. Но этот образ богаче, чем кажется на первый взгляд. Управление

Филетом-Солнцем осуществляется не «силой», а именно песней, которая, как лейтмотив, содержит в себе и гравитационную силу, но не только ее!

В этой песне есть и магнитные, и световые и даже акустические мелодические фразы. И в последнее время акустика планет и звезд стала все больше привлекать внимание астрономов. От холодного, ровного, водопадного шума в атмосфере Титана до симфонии тибетских мотивов и фантазий «а-ля Имма Сумак» венгерского астронома Золтана Колача, познакомившего нас с акустикой переменных звезд.

И Филет демонстрирует эти мелодии музыки сфер: «И казалось, будто слышишь разом поющих несколько флейт: так звучно играла свирель. Понемногу силу снижая, он перешел к напевам понежнее. С великим искусством он показал, как следует стадо пасти под разный напев.»

Обо всем этом он писал Стерну и обсуждал с ним стратегию дальнейшего анализа романа.

Но было в его работе и то, о чем он не говорил никому. Он был потрясен тем, что текст «Дафниса и Хлои» однозначно подтверждал правило фрактального подобия квантовой истории по отношению к ним с Катей.

Научно-популярное

НЛО

Суеверия и Фольклор

Паранормальное

Космология